ТРИ СПОСОБНОСТИ ПО ГАЗАЛИ

Три способности, говорит Газали, сопутствуют суфийскому знанию.

1. Способность к дополнительному восприятию, развиваемая сознательно.
2. Способность перемещать тела вне их физической оболочки;
3. Способность посредством прямого осознания обретать знания, добываемые в ином случае только огромным трудом.

В "Книге Мудрости" Газали пишет, что обязанность учителя в том, что «он не должен отказывать в совете, в котором нуждается ученик, не может он позволять ученику пытаться достичь какой бы то ни было стадии до того, как тот будет способен управлять ею, или разрешать ему приближаться к сложным вещам, до тех пор, пока ученик не научится воспринимать простые, предшествующие сложным…» (С тем, кто возвращает в магазин молитвенник «потому, что он не работает», далеко не уйдешь!). Учитель должен убедиться в том, что его ученик осознает несовместимость этого знания с соперничеством, хвастовством или желанием приобрести за счет него власть. По утверждению Газали, защита знания от тех, кто может его исказить, важнее, чем само обучение. Действие учительства, замечает Афлаки, столь важно, столь необходимо, что тот, кто обучился, но не действует, по сути, невежда. [Мунакиб].

Имеется еще много других характерных черт учителя, о которых упоминает этот традиционный автор, но новичок в данной области, скорее всего, будет интересоваться обязанностями ученика. Этих обязанностей всего десять:

ДЕСЯТЬ ОБЯЗАННОСТЕЙ УЧЕНИКА

Первая обязанность – ученик должен внутренне очиститься. Это означает, что он должен быть способен действовать без искажающих влияний гнева, жадности, ревности и т.д., Эти качества суфии даже не считают человеческими, скорее дочеловеческими.

Вторая обязанность – иметь мирские интересы, но лишь той мере, которая требуется социальным окружением. По этому поводу есть лозунг: «Знание ничего не даст человеку до тех пор, пока он все не отдаст знанию».

Третья обязанность – полное повиновение учителю. Это, разумеется, одно из условий соглашения о взаимном и полном уважении. Газали иллюстрирует это рассказом о том, как секретарь пророка Мухаммеда собрался взобраться на мула. Ибн Аббас, член семьи пророка, подошел, чтобы поддержать стремя. «О, двоюродный брат пророка, – сказал секретарь, – не стоит беспокоиться.» Ибн Аббас ответил: «Так нам велено обращаться с мудрыми». Тогда секретарь поцеловал руку Ибн Аббаса и сказал: «А нам велено почитать Семью Пророка». Знание может быть достигнуто только благодаря смирению. Такие взаимоотношения весьма отличаются от покорности учителю в системе гуруизма.

Четвертая обязанность – не беспокоиться по поводу видимого различия формулировок и точек зрения, используемых в различных занятиях. Ученик должен следовать и усвоить ту форму учения, которую предлагает его мастер.

Пятая обязанность в том, чтобы ученик ознакомился с областями полезного знания за рамками своей деятельности. Это объясняется взаимосвязанностью знания и тем, что невежество относительно других ветвей учения часто порождает фанатизм и презрение.

Шестая обязанность – изучать то, чему следуешь, в надлежащем порядке. Суфийское знание, как отмечает автор, является высшим видом знания. Оно весьма отличается от простого повторения и принятия различных убеждений, передаваемых предшественниками. Для религии это так же верно, как и для всего остального.

Седьмая обязанность ученика – не начинать следующую стадию изучения до тех пор, пока не завершена предшествующая. Потому что каждая стадия подготавливает к следующей.

Это предупреждение о необходимости делать вещи в правильной последовательности можно проиллюстрировать анекдотом о неграмотном крестьянине, который выучился читать. Кто-то остановил его на улице и спросил: «Ну что, друг, теперь, полагаю, ты читаешь Библию?» «Библию?! – оскорбленно воскликнул крестьянин, – я прочел ее давнымдавно, сейчас я читаю результаты скачек…»

Восьмая обязанность – понимать относительную важность различных видов изучения. Внутреннее развитие, например, стоит выше тех занятий, которые не имеют отношения к вопросу длительности человеческого бытия.

Девятая обязанность в том, чтобы целью ученика было самосовершенствование, а не достижение видимого могущества, влияния или искусности в спорах. Также ученик не должен презирать внешние занятия других людей, в числе которых могут быть: юриспруденция, литература и выполнение религиозных обрядов.

Десятая обязанность – знать связь между различными видами занятий, чтобы не слишком концентрироваться на сравнительно неважных вещах за счет, возможно, трудноуловимых, но важных. Для ученика реально важно то, что имеет реальное значение.

СТОЯНКИ И СОСТОЯНИЯ

А теперь обратимся к упражнениям и концепциям, которые их окружают. Прежде всего, это понятие стоянки – макам (Maqam). Этим словом обозначается качество, которое в данное время культивирует ученик под руководством духовного наставника. От ученика могут ожидать, чтобы он стабилизировался, скажем, на стоянке таубат(Taubat - обрашение назад, раскаяние) пока его учитель не назначит ему другое развивающее упражнение. Она является в некотором смысле положением и поэтому называется «действием». В некотором смысле это «стадия», что также является словом для обозначения стоянки.

Но стадия – это не состояние. «Состояния» представляют собой эпизодические проблески измененного сознания, случающиеся с индивидуумом и которые он не способен контролировать. «Состояние» также известно, как «дар». Основная цель суфия, испытывающего эти проблески, состоит в том, чтобы выйти за их пределы. Выдающийся учитель Джунайд из Багдада подчеркивает, что «состояния подобны вспышкам молнии: их непрерывность – не более чем внушение низшего я». Это означает, что их прохождение через неизмененное эго приводит к заблуждениям. Если ученик может ощущать эти вспышки и высоко ценит их, то они не ведут его к стадии прорыва в восприятии, и он не выходит за рамки привычного.

Пребывание на той или иной «стоянке» считается чем-то вроде необходимого рабства, одним из тех средств, которые предназначены для обуздания командующего «Я», и приходит время, когда в этом больше нет необходимости. Подобным образом «состояния» указывают на загрязненность в человеке, который должен (и от него ожидается, что он придет к этому) испытать знание вместо опьянения или ослепления. Отрывок из книги Худжвири – первой книги по суфизму на персидском языке – гласит следующее:

«Все учителя этого Пути согласны с тем, что когда человек ускользает от пут стоянок и уходит от загрязненности состояний, когда он высвобождается из темницы изменений и тлена (зависимости от времени и пространства) и наделяется похвальными качествами, он отделяется от всех качеств. То есть, он больше не удерживается в рабстве никакими своими похвальными качествами, он не беспокоится о них, они не вызывают в нем тщеславие. Его состояние скрыто от интеллектуального восприятия, и время его свободно от влияния мыслей».

Суфийский руководитель узнает по поведению ученика, каково состояние его вторичного, «командующего», Я в тот или иной момент.
В тех странах, где суфийские занятия престижны, но только «балаганы» принимают в свои члены почти любого желающего, подлинных суфиев немало допекают те, кто хотели бы стать их учениками.

 

Состояния человеческого "я"

«Я», называемое Нафс, в суфийском развитии проходит через определенные стадии, существуя cначала как смесь физических реакций, обусловленного поведения и различных субъективных стремлений.

Семь стадий этого «Я» составляют процесс трансформации, завершающийся стадией совершенства и чистоты. Некоторое называют этот процесс «очищением Эго».

Эти стадии таковы:

Командующее «Я»
Осуждающее «Я»
Вдохновенное «Я»
Спокойное «Я»
Удовлетворенное «Я»
Удовлетворяющее «Я»
Очищенное и Завершенное «Я».

Название каждой стадии выражает одну из основных характеристик «Я» в его восхождении, следовательно, с точки зрения суфиев, во всех культурах большинство людей знакомы, как правило, только с первой стадией «Я», представляемого в этических системах как нечто, заботящееся лишь о собственных интересах. Обычный человек, находящийся на уровне религиозных и моральных учений, пребывает на той стадии, где, по мнению суфиев, он всего лишь борется с Командующим «Я», а действие его Осуждающего «Я» проявляется в том, что оно укоряет себя за недостатки. Основываясь на данной схеме наблюдатели определяют суфийское развитие как процесс, пять стоянок которого находятся за пределами того, что известно обычному "моральному" человеку.

Нельзя отрицать, что в глазах суфиев стадия служения людям, к примеру, и заботы о других не является большим достижением, хотя моралистические системы превозносят эту деятельность до небес и считают ее почти недостижимым идеалом. Следовательно, когда

Саади говорит в тринадцатом веке:

“Все дети Адама - части один другого,
Каждый - из той же субстанции, что и его братья,
Поэтому когда кто-то страдает от боли и горя,
Остальные не могут пребывать в покое;
О ты, невнимательный к страданию своего брата,
Нет у тебя прав называться человеком …”

("Гулистан", пер. на англ. Браунa)

он имеет в виду, что суфии, хотя и признают жизненную важность служения, оставляют эту дверь открытой для многих стадий с более высокой функцией для человечества. Суфии придерживаются взгляда, что считать благополучие людей, как бы ни было оно важно, самым высшим возможным достижением человечества, значит ограничивать себя настолько, что это в результате становится пессимистической и неприемлемо узкой позицией. Опять-таки, стремление к благополучию человека является минимальным, но не максимальным долгом человечества.

Командующее «Я» - источник индивидуальности, контролируемый составным сознанием, являющимся смесью надежд и страхов, воспитания и воображения, эмоциональных и других факторов, которые и составляют человека в “нормальном состоянии”, как мы его обычно называем. Таково состояние большинства людей, не прошедших через процесс очищения.

Осуждающее «Я» – это такое состояние «Я», когда оно способно отслеживать свое поведение, воспринимать вторичную природу столь многих вещей, прежде казавшихся первичными, понимать действительную относительность понятий, которые обычно предполагаются абсолютными, и так далее. Эта часть человека удерживает его от несовершенных действий, и в то же время является той областью, через которую обоснованные упреки и осуждение, исходящие от других людей или от окружения, достигает индивидуума. Это является стадией обычного сознания. Большинство людей здесь останавливается и топчется на месте.

Когда извращенное или командующее «Я», упрекающие или осуждающие «Я» выполнили свою работу, орган восприятия и действия становится достаточно чувствительным к восприятиям, которые прежде блокировались. Поэтому эта стадия называется Вдохновенное «Я». На этой стадии человек получает первые, хотя и несовершенные, свидетельства существования и действия некоего достоверного высшего элемента, силы, энергии или системы коммуникаций.

Хотя слово Нафс, называемое здесь «Я», часто переводили как «душа», значение этого слова на самом деле совсем другое; это то, что может быть названо реальной личностью индивидуума. Душа обозначается словом – “ рух”, дух.

Так называемое низкое «Я», Нафс, проходит через эти стадии, на которых оно, как говорится, «умирает» и подвергается трансформации. Этот процесс обозначается фразой «умереть до своей смерти», так как считается, что «Я» умирает также и при физической смерти. Соответственно, цикл смерти и возрождения человек проходит в течение своей земной жизни, в отличие от индуистской модели, в которой рождение и смерть понимается буквально, как перевоплощение.

Попытки побудить свое «Я» действовать в неправильной последовательности, то есть получать высшие восприятия до того, как достигнута третья стадия, или попытки вызывать или извлекать пользу из мистических переживаний до достижения пятой стадии, вызывают смятение, а иногда и нечто худшее, что нашло свое отражение в современных книгах тех экспериментаторов, которые выбирая свою собственную последовательность событий, вызывают такие процессы изменений, с которыми не в силах справиться.
Это также сводит людей с ума или подводит их к этой грани. Многие из них воображают себя духовными учителями, а некоторые и других убеждают в этом.

Внутренние психологические проблемы людей, пытающихся форсировать изменения в своей психической жизни, являются материалом для клинической или даже экспериментальной психологии. Но многие останавливаются раньше и не достигают даже той стадии, на которой они могли бы осознать, что их поверхностный интерес к метафизике заслоняет от них нечто более глубокое; они пробуют выполнять упражнения механически или нерегулярно. Неудивительно, что они пытаются наполнить себя эмоциями. Некоторые из них во всех других отношениях весьма приятные люди.

Из-за своей склонности к рационализации они оказываются во власти поверхностных заблуждений.

  Начало раздела